Сказка о Маленьком Термосе

Сказка о Маленьком Термосе

ПРОЛОГ

Жил-был Маленький Термос. Он был беленький с красной крышечкой, которую вежливо снимал в почтительном поклоне, словно шапочку, желая попотчевать кого-то чем-то горяченьким. Он любил душистый чай и ароматный кофе, но больше всего любил он душевные беседы и атмосферу любви и тепла, которые разливались по комнате и наполняли ее – точно так же, как горячий чай наполняет чашку и согревает ее своим теплом.

Впрочем, такие моменты выдавались нечасто: как правило, к помощи Термоса прибегали довольно редко, и то – набегу и впопыхах, когда условия не позволяли приготовить кипяток и насладиться чаепитием в спокойной домашней обстановке.

Главной задачей Термоса было сохранять тепло. Поэтому он почти все время был плотно закрыт и не допускал даже маленькой щелочки, через которую бережно хранимое им тепло могло улетучиться наружу. Его зеркальные стенки были надежной защитой и непреодолимой границей между его внутренним пространством и окружающим миром.

Но однажды у Термоса надбилось горлышко и он стал протекать. Прошло какое-то время и за ненадобностью его выбросили.

Очутившись на свалке, Маленький Термос затосковал. Валяясь среди гор мусора, он чувствовал себя одиноким и беспомощным.

«Были бы у меня ручки и ножки – я мог бы выбраться отсюда» - размышлял Термос. – «Но я не умею ходить… Неужели мне суждено остаться навечно в этом ужасном месте!?».

Еще большая щемящая тоска овладевала им, когда он восхищенным взглядом провожал стаи птиц, улетающих на юг, подальше от неумолимо надвигающейся суровой зимы. «Вот бы взмыть ввысь, словно птица, и улететь отсюда! Но у меня нет крыльев… Похоже, я так и останусь здесь навсегда» - обреченно думал Термос.

1.  ПТИЧКА

Между тем дни становились все более короткими и холодными. Солнце казалось далеким и тусклым – даже в те редкие моменты, когда его скудные лучики робко выныривали из-под тесного покрова свинцовых туч. Яркие краски осени, бледнея и выцветая перед лицом настырного северного ветра, опадали вниз и смешивались с землей, прощально шелестя под ногами прохожих и обнажая черные силуэты обескровленных деревьев, строго очерченные на фоне унылого серого неба. Казалось, сама природа была насквозь пронизана ощущением беспомощности и беспросветной безысходности, которое заполнило все существо нашего бедного героя.

Ударили первые морозы. Маленький Термос умел сохранять тепло, - это было то, что он умел лучше всего, - но его сил было явно недостаточно в неравной схватке с ее величеством Зимой. Скудные остатки тепла, припасенные еще до наступления холодов, неумолимо иссякали, и Термос почувствовал, что замерзает. Ему было холодно, одиноко и страшно.

Вдруг, находясь уже в полузабытьи, Термос услышал какой-то шорох. Оглядевшись по сторонам, он увидел маленькую птичку, которая неуклюже барахталась рядом с ним, тщетно пытаясь подняться. После нескольких безуспешных попыток она беспомощно упала и так и осталась лежать неподвижно. Пошел снег, и крылышки птички, уже изрядно покрытые инеем, стали исчезать под белоснежным покровом.

– Как ты сюда попала? – спросил Термос, скорее надеясь, чем ожидая, что она еще жива.

– Кто здесь? – хрипло простонала птичка после долгой паузы, которая показалась Термосу вечностью.

– Я… Термос – услышала она в ответ.

– Термос? – удивилась птичка. – Странно… Не знала, что термосы разговаривают… Ты разве живой?

– Живой… - задумчиво повторил Термос это странное слово, впервые примеряя его на себя и словно пробуя его на вкус. – Я не знаю, что значит быть живым… Но ты, похоже, совсем замерзла, и жизнь покидает тебя…

– Д-да, с-совсем з-замерзла, - дрожащим от холода голосом подтвердила птичка. – Я повредила крылышко и отстала от своей стаи. А теперь… Я, кажется, не могу даже пошевелиться…

Термос на минуту задумался. Ему захотелось во что бы то ни стало помочь маленькой птичке. И он решил поделиться с ней теми остатками тепла, что еще сохранились в его дрожащем от холода тельце. Это было очень опасно – но он не мог допустить, чтобы маленькая птичка погибла. Всю жизнь его учили держать крышку закрытой и ни в коем случае не позволять теплу убегать наружу. Но сейчас ему почему-то казалось, что все то, чему его учили, потеряло всякую значимость.

– Залезай сюда, - внезапно спохватившись, предложил Термос, открыв свою красную шапку-крышку.

Морозный воздух мигом ворвался внутрь Термоса и вонзился в его внутренности тысячами ледяных иголок, быстро и безжалостно расправляясь со скудными остатками трепетно и с таким трудом сохраненного тепла. Дыхание перехватило, но наш отважный герой не подал виду, чтобы не напугать бедную птичку еще больше. Казалось, вместе с теплом его маленькое тело покидают остатки жизни. «Живой…» - снова пронеслось у него в голове.

Птичка недоверчиво покосилась на странного незнакомца. Очень уж неожиданным было его предложение.

- Давай же, не бойся, - попытался подбодрить ее Маленький Термос. – Сохранять тепло – моя главная миссия. И если это поможет сохранить чью-то жизнь – значит, я жи… существую… не зря!

Выбора у Маленькой Птички не оставалось. Из последних сил она приподнялась и заползла в термос. Он уже успел изрядно остыть, но все же внутри было гораздо теплее, чем на улице. Там, снаружи, шел снег и бушевала метель – но внешний холод не проникал вовнутрь. Со временем птичка согрелась, и приятное ощущение тепла и уюта разлилось по ее маленькому телу. Она была спасена.

Так они и прожили всю зиму. Это были тяжелые несколько месяцев. Временами казалось, что у них просто нет шансов в неравной схватке со стихией – но, согревая и поддерживая друг друга, они все-таки выжили. И в тот самый решающий день, когда запасы тепла уже полностью иссякли, а с ними и последняя надежда на спасение, - из-за туч пробился одинокий лучик солнца и радостно возвестил о скором наступлении долгожданной весны. С каждым днем лучиков становилось все больше и больше, а в воздухе запахло оттепелью. Снег начал таять, и природа стала потихоньку пробуждаться от долгого зимнего сна. Пришла весна.

Защебетали птицы, приветствуя весеннее солнышко. И Маленькая Птичка, вылетев из Термоса, тоже присоединилась к их радостному пению. Крылышко ее совсем уже зажило, и она весело запорхала на фоне голубого неба. Но вдруг она вспомнила о своем верном друге, спасшем ее этой зимой, и вернулась к нему. Маленький Термос все так же беспомощно валялся в куче мусора.

– Ты лети, Птичка! Здесь тебе не место. – сказал ей Термос. - Ты должна свободно летать в небесах и радоваться жизни!

– Но как же я оставлю тебя одного? – недоумевала Птичка.

– А ты летай, Птичка, и радуйся – за нас обоих радуйся! У меня нет крыльев, и даже ножек нет… А ты летай, и вспоминай обо мне – и у меня на душе будет становиться теплее.

– Я возьму тебя с собой! – отчаянно вскрикнула Птичка и попыталась поднять Термос и унести его в небо. Она махала крыльями изо всех сил – но так и не смогла оторвать его от земли. Она ведь была маленькой, и задача оказалась ей не по силам.

– Оставь, не нужно, - сказал Термос. Губы его улыбались, но голос предательски дрогнул. – Ты лети, и будь счастлива! А когда лучики твоего счастья будут долетать до меня, я тоже смогу в них погреться.

Глазки Маленькой Птички заблестели, и из них закапали слезки. Она обняла Термос, прижалась к нему крепко-крепко, и прошептала ему на ушко: «Спасибо тебе, Маленький Термос! Спасибо за все! У тебя большое и доброе сердце. У тебя все будет хорошо!».

После этих слов Птичка вдруг вспорхнула и взмыла ввысь. «Мы еще увидимся! Обязательно увидимся!» - донеслось до Термоса. «Прощай, Птичка!» - промолвил он, долго провожая ее взглядом до тех пор, пока она не превратилась в еле различимую точку, а потом и вовсе исчезла.

И снова остался Маленький Термос один-одинешенек среди огромной кучи мусора. И прикручинился он пуще прежнего. Раньше, осенью, до знакомства с Маленькой Птичкой, он тоже чувствовал себя одиноким. Но только теперь он понял, что значит быть одиноким по-настоящему.

2.  ЦВЕТОК

А между тем весна набирала обороты и пробуждала природу от долгого зимнего сна. Она согревала землю теплыми лучами и прорастала сочными луговыми травами, радостно щебетала птицами и юрко прыгала озорными солнечными зайчиками, журчала звонкими ручьями, зеленела молодой листвой и расцветала всевозможными цветами. Она дышала жизнью. Каждое мгновение, каждый новый день, вспыхивая все ярче и раздаваясь все громче, сливались в величественную и при этом необычайно естественную оду радости, сотканную из тепла и света.

Но весь этот праздник жизни никак не касался Маленького Термоса. Он тихо лежал на свалке и наблюдал за этим всем издалека, чувствуя себя чужеродным телом. Для него это был словно фильм, который показывает красивую сказку – но не имеет никакого отношения к реальности. К суровой и унылой реальности, в невидимых, но непреодолимых стенах которой оказался заперт наш опечаленный герой.

Пошел весенний дождь. В нем было столько животворящей энергии, что Маленький Термос не удержался и распахнул свою крышку-шапку, радостно и открыто приветствуя весеннюю грозу. Раньше он всегда старался оставаться герметично закрытым, чтобы ненароком не выпустить вовне ни единого градуса тепла и не впустить ничего лишнего вовнутрь. Собственно, в этом и был смысл существования его как термоса. Но сейчас ему было все равно. Подставив свое широко распахнутое надбитое горлышко бурлящим потокам живительной влаги, он впитывал их всем своим существом, и даже наполнившись до краев он оставил крышку открытой, не желая пропустить ни единой капельки, падающей из бескрайнего голубого неба. Неба, сотканного из ветра и света. Неба, в котором светило солнышко и в котором жила Маленькая Птичка.

А новый мусор все прибывал и прибывал, и Термос уже выглядывал из него меньше чем наполовину. С какого-то момента в поле его зрения уже ничего не попадало кроме отвратительных груд дурно пахнущего мусора. В конце концов он и вовсе потерял интерес к жизни, ожидая лишь, когда тонны мусора укроют его полностью.

И вдруг перед его безразличным расфокусированным взором образовалось зеленое пятнышко, дивным контрастом выделяющееся на фоне угрюмого «пейзажа» свалки. Наведя фокус, Термос рассмотрел маленький зеленый росточек, который чудесным образом родился в куче мусора после весенней грозы и отчаянно хватался за жизнь.

Нежный росточек растрогал Термос до слез, став для него олицетворением любви к жизни, торжества жизни над смертью. Он стал для него самой жизнью.

Он стал для него целым миром – взамен того большого мира, который был для Термоса недоступен и сокрыт за горами мусора. Маленький Росточек стал для Термоса смыслом его жизни.

И Термос принялся с любовью заботиться о своем новом друге. Он поливал его дождевой водой, которую собрал во время грозы и бережливо расходовал только на полив ростка. Он укрывал его от ветра и ливня, а однажды даже от града, который чуть не разбил вдребезги красную шапочку-крышечку – но зато росток остался под ней цел и невредим.

А как-то утром случилось чудо. Термос проснулся и не поверил своим глазам: на месте росточка был удивительной красоты цветок, равных которому никому и никогда не доводилось видеть. Казалось, от него так и веяло нежностью, добротой и любовью.

Но вот злые сорняки, обильно росшие на свалке, объявили Цветочку настоящую войну. Они цеплялись к нему своими колючими ветвями и закрывали ему солнце, они душили своими мощными корнями его тонкие корешки, выпивали всю влагу, не оставляя ему ни капли… Устав с ними бороться, Термос зачерпнул Цветочек в свою красную крышечку-шапочку вместе с тем подобием земли, в которой цветок произрастал, и поставил его, - или, возможно, вернее сказать посадил, - к себе вовнутрь. Так цветок оказался в термосе, словно в горшочке. Сорняки пытались достать его своими цепкими корнями – но теперь они были бессильны как-то ему навредить, так как цветок был надежно защищен прочными стенками термоса.

Так Цветок и рос, посаженный в Термос. А новые порции мусора все прибывали и прибывали, и вскоре покрыли Термос полностью – так, что только растущий из него Цветок и был виден снаружи.

3.  ВСТРЕЧА

Приехал бульдозер и стал трамбовать мусор. Все, что оказывалось под гусеницами огромной тяжелой машины, превращалось в лепешку. Пробираясь по горам хлама, он приближался все ближе и ближе к прекрасному Цветку, грозя раздавить и его, и притаившийся под ним Термос. И рядом не было никого, кто бы мог их спасти. Даже птицы, напуганные оглушительным ревом железного монстра, улетели куда подальше.

Улетели… да не все… Странная история: несколько маленьких птичек почему-то не только не удалялись от бульдозера – но, кажется, даже наоборот – преодолев свой страх, все ближе и ближе подлетали к нему.

– Маленький Термос! – тоненьким голоском прощебетала Маленькая Птичка. – Я вернулась за тобой! Где же ты?! Я привела своих друзей – они помогут мне унести тебя!

Но ее слова бесследно растворились в раскатистом грохоте орудующего рядом бульдозера.

Птичка летала над бескрайней свалкой – но все, что она видела – лишь бесконечные горы мусора и странное железное чудище, с оглушительным ревом уничтожающее все на своем пути. Случилось то, чего она боялась: Термос не дождался ее и утонул в море мусора.

«Слишком поздно!» - со слезами на глазах причитала Маленькая Птичка. – «Слишком поздно!»…

Уже потеряв всякую надежду, она все равно не могла заставить себя остановиться, а все продолжала отчаянно метаться над свалкой. Наконец, прочесав всю свалку вдоль и поперек много раз, птичка уже собралась было улетать восвояси – как вдруг сквозь пелену слёз она разглядела маленький цветочек, казалось, чудом выросший прямо из мусора. Он был таким красивым, что птичка никогда не видела ничего подобного. А среди гор мусора он выделялся особенным, доведенным до абсолютного абсурда контрастом прекрасного на фоне уродливого.

Птичка не могла оторвать глаз от прекрасного цветка. И вдруг она заметила, что бульдозер неумолимо приближается к беззащитному растению. Еще минута – и от цветка не останется и следа, он будет раздавлен огромной безжалостной машиной.

Отбросив страх и повинуясь даже ей самой не понятному внезапному порыву, Птичка ринулась к цветку, чуть ли не под гусеницы ревущего бульдозера. Вблизи цветок казался еще красивее и еще нежнее. И птичке захотелось во что бы то ни стало спасти его. Но она была не в силах остановить громадную махину. Поэтому птичка решила попытаться перенести цветочек в другое место. Нежно обхватив тонкий стебелёк клювиком, она осторожно потянула его – но корни-то оставались в земле, и она побоялась тянуть сильнее, чтобы не повредить растение. Тогда она решила выкопать цветочек, чтобы можно было пересадить его вместе с корнем. Отбрасывая прочь от основания цветка всевозможный мусор, в котором, словно в земле, он удивительным образом умудрялся расти, Птичка вдруг наткнулась клювом на что-то твердое. Что-то ёкнуло в ее сердце. Странное предчувствие, подарившее искорку надежды, которую она вмиг попыталась от себя отогнать, дабы надежда не оказалась напрасной, - странное предчувствие промелькнуло в голове и отозвалось дрожью по всему телу. Яростно отбрасывая мусор с удвоенной скоростью, Птичка раскопала горлышко ее любимого Термоса, из которого, как из горшка, рос тот самый Цветок.

Маленький Термос не поверил своим глазам. Он уже и свет белый не надеялся когда-то снова увидеть – а тут вдруг в окружавшую его кромешную тьму не только ворвался лучик света – но и дорогая его сердцу Птичка.

- Птичка!

- Термос!

- Ты вернулась!

- Ну конечно! Разве могла я поступить иначе!

Радости друзей не было предела…

Но тут они осознали, что эта внезапная встреча может стать прощальной. Бульдозер, оглушительно ревя, неумолимо приближался, и уже считанные секунды отделяли наших героев от его скрипящих гусениц.

- Я спасу тебя! – вскрикнула Птичка и начала изо всех сил тянуть Термос с цветком. Но она была маленькой, и сил ее было явно недостаточно. Она обернулась и стала звать своих друзей, которые специально прилетели с ней, чтобы помочь. Но они страшно испугались ужасной машины и никак не решались приблизиться к ней. А Маленькая Птичка упорно и отчаянно продолжала пытаться вытащить Термос из-под надвигающегося железного исполина. И птички увидели и вдруг очень ясно осознали, что если они сейчас же не придут на помощь своей подруге – то она погибнет вместе с Термосом и прекрасным цветком. Она скорее погибнет под гусеницами страшной машины, чем оставит своего друга в беде.

Этого они допустить не могли. Набравшись храбрости, птички ринулись к Термосу и все вместе стали тянуть его.

А бульдозер все надвигался и надвигался и был уже совсем близко. Необъятной громадиной возвышался он над нашими отважными героями, закрыв от них солнце и полнеба и свирепо обдавая их жаром и оглушающим ревом, а песок с его гусениц сыпался прямо на крылышки птичек, находящихся уже прямо под ним.

Казалось, надежды на спасение уже нет… Как вдруг в последнюю секунду, когда холодный металл гусеницы уже начал царапать поверхность Термоса, в едином порыве птички сделали решающий рывок – и, взмахнув крыльями, взмыли в воздух, неся с собой Маленький Термос, в который посажен прекрасный Цветок. А на том месте, где они были еще секунду назад, уже была огромная тяжеленная машина, которая, сердито пыхтя и уничтожая все на своем пути, будоражила своим истошным стоном всю окрестность.

4. ПОЛЁТ

 - Я лечу! – восхищенно прокричал Маленький Термос, когда ненавистная свалка осталась далеко позади, и слезы радости выступили у него на глазах. Внизу проплывали леса и поля, буйно цветущие и умытые весенней свежестью. С высоты птичьего полета все это было как на ладони, и от этой красоты просто захватывало дух.

«Надо же», - удивленно подумал Термос. – «Вот уж не думал, что мне доведется испытать радость полета! Оказывается, для этого вовсе не обязательно иметь крылья: главное, чтобы у тебя были настоящие друзья! И тогда даже самые несбыточные мечты могут воплотиться в реальность самым неожиданным образом!».

Но птички были маленькие, и Термос был для них тяжелой ношей. И вдруг случилось нечто ужасное: Термос выскользнул и вместе с Цветком устремился вниз. Падая, он успел подумать о том, как радостно было ему летать с Маленькой Птичкой, и как прекрасен тот яркий и безгранично разнообразный мир, который она ему открыла. Боясь посмотреть вниз, он зажмурил глаза, ожидая с мгновения на мгновение неминуемой встречи с землей, от которой он наверняка разлетится на мелкие кусочки.

Однако в этот самый миг вместо фатального удара о твердую поверхность он ощутил мощный толчок о воду. Оказалось, под ними протекала река, и Термос шумно бултыхнулся в нее. Опомнившись, он осознал главное: он цел. И Цветок тоже чудом остался невредим. Подставив свои нежные лепестки легкому ветерку, он развивался, словно парус на корабле, роль которого выполнял Термос.

«Вот это да!» - восторженно и немного озадаченно подумал Термос. – «Раньше я и не мечтал о том, чтобы даже ходить... А теперь мне уже довелось и полетать, и поплавать!»…

Так они спокойно плыли какое-то время, наслаждаясь окружающими красотами. Но то, что произошло потом, заставило наших героев испугаться пуще прежнего: скорость течения реки стала нарастать, и впереди она резко и шумно обрушивалась вниз огромным бурлящим водопадом. Термос и Цветочек были не в силах что-либо поделать: на фоне тысяч тонн воды, упрямо текущей к обрыву и низвергающейся мириадами мельчайших капелек в пенящуюся и оглушительно ревущую бездну, они казались особенно маленькими и беспомощными. Это было красиво, величественно и… страшно.

- Держись! – зачем-то крикнул Термос Цветочку, когда они были на самом краю водопада и, окутанные водным туманом, уже начали падать вниз. Спасти их могло только чудо…

И чудо произошло! Прямо налету Термос почувствовал, как его кто-то подхватил и понес в сторону. Это были его знакомые птички, которые наконец-то догнали своего уроненного «пассажира» и снова его спасли. На этот раз они не стали лететь далеко и поставили Термос с Цветочком прямо на зеленую травку на лугу возле реки.

- Простите нас! – защебетали птички. – Мы не хотели вас уронить!

- Я так за тебя испугалась! – сказала Маленькая Птичка, обняла Термос и нежно погладила растущий из него цветок. Наконец-то они были в безопасности и могли расслабиться.

Термос осмотрелся. Живописный пейзаж, открывшийся его взору, не имел ничего общего с унылыми барханами свалки, на которой он провел долгие полгода и уже было думал, что останется там навсегда. В густой сочной траве, обильно растущей на лугу, буйно цвели всевозможные цветы, не обделенные вниманием трудолюбивых пчелок и мирно порхающих разноцветных бабочек с самыми причудливыми узорами на крылышках. Речка чинно несла свои воды вниз по течению, и яркое солнышко отражалось в ней, разлетаясь во все стороны озорными солнечными зайчиками. Даже водопад, который чуть не стал причиной больших неприятностей, отсюда смотрелся как величественное и неповторимое по свое красоте зрелище. Казалось, весь окружающий мир, прекрасный и безграничный, сотканный из света, тепла, добра и любви, ласково улыбался нашим героям – а они улыбались ему в ответ.

5.  ЛЮБОВЬ

Наслаждаясь окружающей их идиллией, Термос, Цветок и птички притихли, проникнувшись моментом и бережно складывая каждое мгновение в бесценную копилку лучших воспоминаний своей жизни. И вдруг они почувствовали, как в эту идиллию гармонично вплетается нечто, придающее ей еще большую завершенность. Прислушавшись, они услышали проникновенную и неимоверно красивую песню, которую пел юноша, гулявший неподалеку. Это была песня о любви к прекрасной девушке. Любви чистой, искренней и… безответной. В ней смешались неподдельное тепло истинного глубокого чувства и невыносимая боль, неотступно сопровождающая его. Несмотря на то, что песня исходила от человека, совершенно необъяснимым образом она казалась не менее, а скорее даже более естественной, чем вся нетронутая природа, окружавшая юношу. Песня раздавалась из самого сердца – большого и ранимого. Внимая волшебной песне, звуки которой были словно продолжением породившего их чувства, сама Природа будто затаила дыхание и замерла в своем надменном величии, благоговейно взирая на поющего человека и боясь нарушить чистоту момента случайным порывом ветра или даже неосторожным шорохом.

То же самое происходило и с нашими героями. Птички притихли, боясь помешать юноше, и лишь изредка скромно и осторожно подпевали ему. Цветочек повернулся в сторону, с которой доносилась песня, и, словно купаясь в ее звуках, вторил ей, распускаясь все больше и становясь еще красивее. С Термосом же происходило что-то и вовсе особенное. Раскрывшись, он словно впитывал песню всем своим существом. Не только звуки, но и те чувства и то тепло, которые были в ней растворены. Он впитывал их и бережно сохранял внутри – точно так же, как и то тепло, которое он привык сохранять в виде налитой в него горячей воды.

Завороженно слушая песню, птички не заметили, как над ними начала сгущаться зловещая тень. И вдруг Маленькая Птичка почувствовала, как ее тельце обхватила чья-то костлявая лапа. Это был огромный коршун, охотившийся неподалеку. Схватив Птичку, он намеревался уже было взлететь вместе с ней, чтобы спокойно полакомиться своей добычей. Как вдруг на него свалился Термос и отвлек внимание страшной птицы. Маленькая Птичка воспользовалась секундным замешательством коршуна, выскользнула из его лапы и бросилась наутек. Коршун оттолкнул Термос, отчего тот упал на бок, и, наступив на Цветочек, ринулся вдогонку за Птичкой.

Птичка летела так быстро, как только умела, но кровожадный хищник передвигался намного быстрее, и расстояние между ними стремительно сокращалось. Еще миг – и он ее настигнет. Сделав несколько крутых виражей, обессиленная Маленькая Птичка вновь подлетела к Термосу. В этот момент злой коршун догнал ее и размахнулся, чтобы клюнуть изо всех сил. Но вместо этого его огромный клюв внезапно врезался в что-то твердое… Это Маленький Термос в последний момент резко повернулся и закрыл Маленькую Птичку собой. Удар получился мощный, - Птичку он бы наверняка убил, - но на Термосе от него осталась лишь небольшая вмятина. Снова опрокинув Термос и наступив на Цветочек, зловещий хищник склонился над своей жертвой, которую уже ничего не могло спасти. Маленькая Птичка закрылась крылышками и зажмурила глаза от страха, ожидая своей незавидной участи...

Но произошло что-то странное: коршун почему-то не напал на Маленькую Птичку и замер в нерешительности. Казалось, он вдруг чего-то испугался… Что-то его остановило…. Но что!?

- Кыш! – раздалось позади Птички. Оглянувшись, она с удивлением обнаружила, что лежит буквально в ногах у того самого загадочного Юноши, который пел так очаровавшую их песню. Взгляд юноши был решителен и строг. Но Маленькая Птичка почему-то совсем не боялась его.

Коршун замешкался, жадно взглянул, сверкнув глазами, на свою несостоявшуюся жертву, которая уже практически была в его цепких когтистых лапах, потом перевел взгляд на ее внезапно появившегося спасителя и, взмахнув крыльями, убрался восвояси.

Юноша склонился над Птичкой, нежно ее погладил. Птичка продолжала лежать в оцепенении и не могла даже пошелохнуться. «Ну, как ты?» - ласково произнес он – и, увидев, что Птичка, едва оправившись от шока, вскочила и побежала к Термосу, озадаченно последовал за ней. Термос лежал, опрокинутый навзничь, и из него, распластавшись по земле, торчал истоптанный Цветок. Юноша поднял Термос и поставил его. Цветок беспомощно свисал вниз, словно безжизненная ниточка. Но даже в таком виде он был поразительно красив. Это была нежная, хрупкая и беззащитная красота, смешанная с болью утраты – словно Цветок был воплощением той чистой и безответной любви, которая разрывала сердце юноши. И она снова вырвалась наружу дивной песней, и теперь эта песня была еще более настоящей, глубокой и чувственной.

И вдруг Цветок начал оживать! Друзья несказанно обрадовались – но вскоре их радость стала более сдержанной: Цветок слегка приподнялся – но так и остался грустно свисать на тонком израненном изогнутом стебельке.

Приближался вечер. Юноша решил, что оставлять здесь беззащитное растение на ночь небезопасно и понес его вместе с термосом домой. Птички последовали за ним.

Так они шли, наслаждаясь теплым весенним вечером. Юноша весело пересвистывался с птичками и подбадривал согнувшийся цветок… Но вот внезапно он остановился и замер, затаив дыхание. Посмотрев в ту сторону, в которую был обращен взор юноши, его новые друзья сразу поняли, в чем дело. Им навстречу шла Она. Они и сами не смогли бы объяснить, почему так решили, - словно слова волшебной песни материализовались и предстали перед ними в образе той самой Девушки, - но все сразу догадались, что песня была именно о Ней.

Девушка и правда была прекрасна. И это была не просто внешняя красота. Она как бы светилась изнутри. Это был загадочный внутренний свет, исходящий из самой глубины ее трепетной и необъятной души. Конечно, его нельзя было увидеть глазами – его можно было только почувствовать сердцем. Она буквально излучала тепло, доброту и любовь, а в ее выразительном взгляде читались острый ум и тонкая проницательность.

Девушка медленно приближалась, а Юноша так и остался стоять неподвижно, словно заколдованный. Сильный и отважный мужчина в остальное время – рядом с ней он превращался в робкого юношу, словно исходящий от нее свет был слишком ярок для него, и он чувствовал себя недостойным даже купаться в его лучах.

- Ой, какой красивый цветок! – звонким ручейком прожурчал ее ласковый голосок. – Что с тобой случилось?

Девушка наклонилась к Цветку и нежно погладила его. И произошло чудо: Цветок ожил и медленно выпрямился, словно напоенной какой-то волшебной живительной влагой. И не просто выпрямился, а расцвел так ярко и жизнеутверждающе, что превратился в самое прекрасное растение из когда-либо живших на Земле. Все смотрели на него, словно завороженные.

Девушка подняла глаза на Юношу, и их взгляды встретились.

- Теперь он твой! – сказал он, протягивая ей цветок в термосе. – Он сам выбрал тебя. И я его понимаю: самый прекрасный цветок должен быть у самой прекрасной девушки на свете!

Девушка смутилась, и легкий румянец заиграл на ее лице. Но что-то очень правильное и естественно было в происходящем – и потому она лишь тихо поблагодарила Юношу, взяла подарок и мягкой поступью удалилась. А он так и продолжал стоять, с нежностью и любовью провожая ее взглядом.

Придя домой, Девушка аккуратно достала Цветок из термоса и пересадила его в горшочек. Закончив возиться с Цветком, она взяла в руки Термос и стала с интересом его разглядывать. Он был весь замурзанный и от него все еще пахло свалкой, на которой он пролежал долгих полгода. У него было надбитое горлышко и две вмятины в боку, оставленные гусеницей бульдозера и клювом коршуна. А еще у него не было крышки – он потерял ее, когда упал в реку.

«Наверняка она меня выбросит» - с горечью подумал Термос. – «Кому нужен грязный поломанный термос? Да и какой я теперь термос – у меня ведь даже крышки нет! Я теперь не смогу сохранять тепло, и толку от меня совершенно никакого»…

Но Девушка не выбросила его. Она вымыла его начисто и оставила сушиться на подоконнике возле Цветочка. Термос удивился. Надо признать, Девушка и сама не могла понять, что ее привлекает в нем. Но она просто не смогла его выбросить. Было в нем что-то такое теплое, доброе и родное – что-то, что нельзя объяснить, а можно только почувствовать.

И что бы она ни делала – ее взгляд снова и снова обращался к Термосу. Подойдя к нему, она села напротив и, мечтательно рассматривая его с легкой загадочной улыбкой, нежно погладила – словно он был живой. Он этого прикосновения все те чувства и то тепло, что хранились в Термосе, бесшумно, но стремительно вырвались наружу. Из Термоса словно повеяло той самой песней – песней чистой и безграничной Любви, которую Термос впитал на лугу, слушая изливавшего душу Юношу. Тепло Любви словно лилось из Термоса и нежно окутывало Девушку. И она почувствовала то, что было на душе у Юноши. Она прониклась глубиной и искренностью его чувства, и Юноша предстал перед ней в совершенно ином свете. Она увидела в нем то, что не замечала раньше. И то, что она увидела, было поистине прекрасно.

Девушка сидела, глубоко задумавшись… Как вдруг внезапный стук в окно вернул ее к реальности. Отворив окно и выглянув, она увидела маленькую птичку. А в клювике у Птички была красная крышечка от термоса.

***

На следующий день Девушка попросила Юношу показать ей, где он нашел прекрасный цветок и чудо-термос. И они пошли туда вместе.

Весенний луг встретил их сочными травами и буйным цветением. Он просто дышал жизнью и вдохновением, и в воздухе витало предвкушение рождения чего-то нового и прекрасного. Они пили чай из Маленького Термоса, и этот совместный чай поведал им о всем том, что они чувствуют – но в чем не решаются друг другу признаться. И с каждым глотком вместе с ароматной жидкостью в них проникало и их заполняло тепло – то самое душевное тепло, которое и есть истинной Любовью.

Маленький Термос сидел между ними и тихо улыбался. Он был счастлив.

Чуть выше весело щебетали птички. Вечернее солнце ласково гладило их теплыми лучиками и, поблескивая в реке солнечной дорожкой, словно прокладывало дорогу в будущее, наполненное радостью и смыслом.

ЭПИЛОГ

Шли годы. Маленький Термос жил в доме Юноши и Девушки, которые повзрослели и стали счастливой семьей. А еще в этом доме жила Любовь. И через какое-то время он также наполнился звонким детским смехом.

Термос починили, и он уже не протекал. Впрочем, это уже было не так важно – ведь Термос знал, что его будут любить независимо от того, может ли он выполнять свою прямую функцию.

Он много путешествовал со своими новыми хозяевами, видел множество потрясающих мест – а потом с радостью возвращался домой.

«Мой любимый Термос» - говорила о нем Хозяйка. «Она назвала меня «Любимый»!» - мечтательно вторил ей Термос, млея от радости.

А еще ему доверили проводить чайные церемонии – а это высшая степень признания, на которую может рассчитывать термос. Первый раз это было еще до того, как его починили, и кипяток пролился из его надбитого горлышка на чабань – красивую деревянную подставку для чайных церемоний, украшенную вырезанными вручную причудливыми иероглифами.

- Ой! Простите! Я не хотел! – смутился тогда Термос.

- Тебе не за что извиняться! – с покровительственной лаской и заботой в голосе ответила старая мудрая Чабань. – Вода, пролитая во время церемонии - к изобилию и достатку. Поэтому чем больше ее проливается – тем лучше.

- Надо же! – удивленно воскликнул Термос. – А я уже было испугался, что меня за это разлюбят и могут даже выбросить…

- Глупенький! – улыбнулась Чабань. – Любят ведь не за что-то, а зачастую как раз наоборот – несмотря ни на что и вопреки всему. Просто потому, что ты есть. У тебя светлая душа и доброе сердце. Тебя всю жизнь учили плотно закрываться и не выпускать наружу то тепло, которое ты бережно хранишь внутри. Но ты не побоялся открыться, впустить в себя чувства, переживания и краски безгранично разнообразного  мира, а главное – щедро делиться своим теплом с теми, кто в этом нуждается. Тебе довелось многое пережить – но теперь ты обрел свой дом – дом, в котором тебя любят и всегда тебе рады.

И это действительно было так. С тех пор Термос жил в атмосфере любви и тепла, которые разливались по комнате и наполняли ее – точно так же, как горячий чай наполняет чашку и согревает ее своим теплом. Через открытое окно то и дело доносилось щебетание Маленькой Птички, в которое вплетался писк птенчиков – ее деток. А на подоконнике в горшочке рос самый красивый в мире цветок, и самым удивительным было то, что, невзирая на погоду за окном, он цвел не переставая круглый год.

Вот такая история о маленьком термосе с большим сердцем, который не только сохранял тепло, но и дарил его окружающим.

Февраль 2017

© Ярослав Яковенко